ПЕРВЫЕ ДНИ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ В СМОРГОНИ

Общество
22.06.2021 15:03
444

22 июня этого года исполнится 80 лет со дня начала страшной трагедии советского народа – Великой Отечественной войны. Жизнь советских людей разделились на «до» и «после». Восстановим хронику событий тех последних дней июня, пережитых жителями Сморгони и нашего района.

22 июня 1941 года

22 июня в 1941 году пришлось на воскресенье. Сморгонцы и жители района спали утром в своих кроватях, не подозревая о том, какие страшные события начались на границе. Подвергнув бомбардировке и артиллерийскому обстрелу позиции советских войск, немцы перешли наступление по всему фронту советско-германской границы. Существуют разногласия  по поводу времени начала немецкого наступления. Советские источники утверждают, что наступление немцев на территории Беларуси началось в 3 часа 50 минут – 3 часа 55 минут. Первое сообщение о нападении зафиксировано в Журнале боевых действий Западного округа в 4 часа утра.  Немцы же в своих документах пишут: «После спокойно прошедшей ночи и занятия исходных позиций в 2:00, все четыре корпуса танковой группы перешли в наступление» (Источник – «Журнал боевых действий 3 танковой группы»).

10 часов. В громкоговорителях, которые располагались около центральной площади нашего города, раздался голос диктора Центрального радио Ю. Левитана, сообщившего, что в 12 часов дня по радио состоится выступления В. Молотова, наркома иностранных дел СССР. Именно ему И. В. Сталин поручил зачитать по радио сообщение советского правительства о нападении Германии на СССР и начале Великой Отечественной войны.  

12 часов. Большая толпа сморгонцев собралась перед громкоговорителями, слушали сообщение, которое зачитал Молотов. Нужно сказать ещё о том, что  перед войной в Сморгони, в районе нынешнего территориального-медицинского объединения, располагался военный городок, внутри которого размещался 52-й противотанковый дивизион 24-й Железной Самаро-Ульяновской дважды Краснознамённой стрелковой дивизии. Командование дивизиона тоже присутствовало вместе с руководством города и его жителями на площади и слушало выступление Молотова. Затем состоялся импровизированный митинг, на котором офицеры пообещали мужественно сражаться с фашистами и достойно защищать Родину. Сморгонцы, собравшиеся на площади, вернулись домой и сообщили новость своим близким и соседям.

21 час. Военные дивизионы в полном составе покинули Сморгонь. В городе остались только военные офицеры для проведения мобилизации мужчин 1905 - 1918 годов рождения.

Тогда жители нашего города и района ещё не знали, что в этот день советские войска, точнее 5-я танковой дивизии потерпели поражение от фашистов в танковом бою в районе литовского города Алитус. Немцы захватили не только сам город, но и мост через Неман, у них появилась возможность наступать на Вильнюс. Остатки этого советского подразделения получили приказ отступать на Молодечно через Сморгонь. Не подозревали они о том, что по приказу Генерального штаба Красной армии в район деревни Крево из Полоцка перебрасывалась 50-я стрелковая дивизия (командующий генерал-майор Василий Петрович Евдокимов). Передовые части этой дивизии по состоянию на 21 июня стояли в окрестностях Дунилович (Поставский район).

Не было также известно, что по итогам боёв за 22 июня враг в своем документе отметил: «Там, где противник принимал бой, он стоял насмерть, упорно и храбро. Ни с одного участка не поступали сведения о перебежчиках или сдавшихся в плен. Поэтому борьба была тяжелее, чем в Польше и в ходе западной кампании». («Журнал боевых действий 3-й танковой группы армии «Центр»). Но несмотря на такую высокую оценку их духа, советские солдаты продолжали отступать,  а немцы продвигаться вперед.

23 июня 1941 года

Рано утром, в понедельник, некоторые Сморгонцы пошли на железнодорожную станцию Сморгонь, чтобы на дизеле «Молодечно - Гудогай» отправиться на работу. Однако поезд все не приходил… Оказалось, железная одноколейная дорога была подвергнута бомбардировке, в результате которой были повреждены пути, а от осколка бомбы погибла проводница поезда, жительница Сморгони.

А через Сморгонь с самого утра стали сплошным потоком проходить со стороны Вильнюса машины, автобусы, конные повозки. В Сморгонском районе начали проводить  митинги – сообщать людям о начале войны, о мобилизации призывников, просили помочь Красной армии продуктами.  

Мобилизация призывников, призванных 23 июня, до конца не была выполнена, так как колонна с ними была обстреляна немецкими самолетами под Молодечно. Офицеры, возглавлявшие колонну, погибли, а призывники, оставшись одни, предпочли вернуться домой. Вечером районное руководство партийных и советских органов выехало в областной центр, город Вилейку, с целью получения дальнейших указаний.

24 июня 1941 года

Поток беженцев и отступающих советских солдат через Сморгонь и деревни Сморгонского района усиливался. Отступали части советской 5-й танковой дивизии через Сморгонь, её окрестности – по направлению к Молодечно.

А в городе дела шли своим чередом. Житель Сморгони Юрий Николаевич Мороз вспоминал: «До 11 часов дня 24 июня приехал на грузовике отец, с ним два солдата и наш знакомый Ян Устинович из деревни Перевесье, который работал вместе с отцом мастером. Сказал, чтобы мать собирала вещи – только постель и одежду, а меня взял в райисполком за пропуском. В райисполкоме было пусто, валялись бумаги. Отец сказал, чтобы я сидел в кузове, а он с Устиновичем и двумя солдатами  начал грузить дела и различные деловые бумаги – все было брошено. Нагрузили много, затем поехали домой, погрузили мягкие вещи, маму, братьев и сестру. Устинович остался, пообещав взять весь наш скарб к себе в Перевесье. Мы поехали в Вилейку. На дороге гражданских людей встречалось мало, но было много военных – на машинах, на подводах и пешком – все шли на Вилейку. В Вилейке около облисполкома было много начальства. Там отец нашёл Д. Ф. Гурина, председателя Сморгонского райисполкома, и С.А. Дордзика, секретаря райкома. Они расспрашивали, что делается в Сморгони, а потом, поблагодарив отца за привезенные документы, приказали ему добираться в Сморгонь, чтобы поступить в распоряжение воинской части. Нас на машине вывезли из города на сморгонскую дорогу и выгрузили. Мы с мамой сидели на пакетах и ждали отца. Он через несколько часов пришел из Вилейки пешком. Только вечером нас подобрала машина, на которой ехал в Сморгонь уполномоченный НКВД. Старший лейтенант, который нас подвез, поехал забирать документы в райком партии». (Книга «Память» Сморгонского района).

Вечером 24 июля фашисты захватили Вильнюс. Тогда же командование Западного фронта отдало приказ командующему 13-й армией генерал-лейтенанту Петру Михайловичу Филатову, который вместе со штабом 24 июня был в Молодечно: «…50 стрелковая дивизия в Вашем распоряжении, 23.06 она находилась в районе Журихи – 15 километров севернее Вилейка, в ночь на 24.06 выступила на Сморгонь, Крево». («Журнал боевых действий Западного фронта за июнь 1941 года»).

25 июня 1941 года

В 00.00 Командующий 3-й танковой группой армии Центр Герман Гот отдал приказ, в котором говорилось: «Изменение направления продвижения и прорыв в северном направлении на Минск, в первую очередь, для того, чтобы завладеть проходом между Воложином и Молодечно. В дальнейшем совместно со 2-й Танковой группой помешать противнику, который находится под Белостоком, ускользнуть [из кольца окружения] через Минск. 57-й танковый наступает через Гольшаны  к высотам в районе Воложина. 39-й танковый корпус - через Сморгонь к озерному дефиле в районе и южнее Молодечно». («Журнал боевых действий 3-й танковой группы армии «Центр»).

В 00 часов 25 минут немецкие подразделения получили приказ своего командующего и начали наступление на Минск. Правда, с выполнением этого приказа могла возникнуть заминка, потому что немецкие передовые части далеко оторвались от своих тыловых частей и начинали испытывать недостаток топлива и боеприпасов, но тут немцам очень повезло. Около Гудогая они захватили крупнейший склад с советским горючим. Изучив содержимое топлива и убедившись, что оно им подходит, немцы немедленно заправили танки и двинулись в сторону Минска.

Сейчас уместно будет сказать о немецком построении. Для прорыва советских оборонительных позиций немцы строились в три эшелона. Вначале всегда шли танковые дивизии, за ними – моторизованные, которые привлекались для защиты флангов танковой дивизии. За моторизованной пехотой двигались обычные пехотные и тыловые части.

Через Островец, Солы, Сморгонь, Залесье, Оленец, Засковичи, Молодечно и далее на Минск наступали части 39 корпуса 3-й танковой группы армии «Центр». Главной ударной силой на этом направлении была 7-я танковая дивизия, которая всегда действовала впереди и первой атаковала советские воинские части. Со стороны Ошмян к деревням Боруны, Крево и другим населенным пунктам Кревского сельсовета, по направлению на Воложин и далее на Раков наступал 57-горпус 3-й танковой группы. Главной ударной силой на этом направлении была 12-я танковая дивизия. Ей командовал генерал-майор Харпе Йозеф – в будущем один из инициаторов создания детского концлагеря «Озаричи» на оккупированной территории Беларуси.

07.00. Немецкий источник под названием «Журнал боевых действий 3-й танковой группы» сообщает: «Части 12-й танковой дивизии в 05:00 выступили из района Гольшан в направлении Минска. Части 7-й танковой дивизии наступают в направлении Сол, Сморгони». Здесь автор статьи считает нужным сказать пару слов о 7 дивизии фашистов. Она была сформирована после нападения Германии на Польшу на базе 2-й пехотной дивизии немцев. Первым командиром стал любимец Гитлера Эрвин Роммель. Под его руководством она участвовала в кампании против Франции и там сумела проявить себя. За свои быстрые продвижения и успешные боевые действия против англичан и французов, среди самих фашистов эта дивизия именовалась как «дивизия-молния» или «дивизия-призрак», что свидетельствовало о высокой репутации этого подразделения. В феврале 1941 года вместо Роммеля командовать дивизией назначили Ханса фон Функа. Именно под его командованием эта часть воевала в составе 3-й танковой группы против советских войск.

17.00. зафиксировано следующее сообщение: «Части 12-й танковой дивизии в 11:15 подошли к Воложину». (Значит Крево, и деревни Кревского сельсовета были захвачены раньше этого времени, - прим. авт.). 

10.30. 7-я танковая дивизия в 3 км северо-восточнее деревни Солы наступает в направлении Сморгони.

В книге «Память» Сморгонского района» упоминается о следующих боях  на подступах к Сморгони: 1) бой курсантов Виленского пехотного училища  около железнодорожного переезда в районе деревни Гаути. Известно несколько фамилий бойцов сражавшихся там с фашистами: майор Раугале, капитан Луня, старший лейтенант В. Римас, М. Дубинскас, В. Величко, С. Рудженис; 2) бой в районе деревни Васюки, когда 2 танка и 6 советских солдат сражались с немцами и сами погибли смертью храбрых; 3) бой возле деревни Нароты, где сражались 2 танка и 32 солдата из 5-й советской танковой дивизии. Советские бойцы, погибшие под Гаутями, около деревни Нароты были перезахоронены в братской могиле в центре города, а погибшие бойцы под Васюками были перезахоронены в Солах. Нам неизвестны ни точное количество участников ни с советской, ни с немецкой стороны, ни ход этих боёв, ни документы советской 50-й стрелковой дивизии (именно к этому соединению были приписаны курсанты Виленского пехотного училища с момента начала войны), ни документы 5-й танковой дивизии за 1941 год не сохранились вообще.

С документами немецкой 7-й танковой дивизии ещё интереснее. В журнале боевых действий этого соединения, хранящимися в архиве Министерства обороны РФ, сохранились листы журнала боевых действий 22 и 23 июня 1941 года, а начиная с 24 июня и вплоть до 11 августа 1941 года отсутствуют напрочь. Ни в журнале боевых действий 39-го танкового корпуса, ни в журнале боевых действий 3-й танковой группы эти бои не упоминаются вообще.

Но сохранился «Журнал боевых действий 6-го мотопехотного полка 7-й танковой дивизии» (командир - полковник Эрих фон Унгер). Этот документ фиксирует следующие события: «Ранним утром 25.06.1941 полк находится в указанном месте сосредоточения вокруг Гудогая и северо-восточнее от него. Около 7 часов командир полка вместе с командиром 2-го батальона вызваны на КП бригады и получают приказ пройти через Сморгонь к высотам севернее Лоск и удержать их. Создаётся передовой отряд из 2-го батальона усиленного 3-й ротой 42-го противотанкового дивизиона (без одного взвода), одной батареей 78-го артполка, одной ротой 58-го сапёрного батальона, мотоциклетного взвода полка и одного взвода 3-й батареи 59-го зенитного дивизиона. Далее в приказе оговаривалось, что основная масса полка и артиллерии последует за передовым отрядом, как только будет готова к маршу. Полку также передаётся одна батарея 150-мм гаубиц. В то время как передовой отряд (2-й батальон) около 9.00 смог начать марш, для основных сил полка возникли трудности начать движение, т. к. не подошло горючее, и многие части полка могли проехать максимум 40 км. В последнюю минуту у станции Гудогай был найден склад [противника] с горючим, и после того, как было установлено, что оно пригодно, полк быстро заправляется и следует за вторым батальоном.

Примерно в 5 км западнее Сморгони марш идёт по плану. Затем взвод мотоциклистов, отправленный в разведку, встречает незначительные силы противника и тут же опрокидывает его атакой. В продолжение боя перед 2-м батальоном и на его фланге появляются несколько танков противника. В то время как основная масса танков уничтожается, одному из них удаётся проехать некоторое время вдоль колонны и уничтожить немалое количество машин, особенно 7-й роты и взвода мотоциклистов, пока и этот танк не был подбит противотанковой пушкой.

Тем временем основные силы полка догнал 2-й батальон. Проезжающий вперёд командир полка приказывает следовать за отступающим противником. 2-й батальон вплотную преследует противника и, как следствие, уничтожает или захватывает ещё несколько танков. После проезда через Сморгонь движение снова ускоряется. Как раз в тот момент, когда идущий впереди батальон повернул на юг, на Лоск, командир полка получает от лично подъехавшего командира дивизии приказ не поворачивать на юг, а двигаться по главному маршруту дивизии, на Молодечно, Красное, Радошковичи».

Из текста не понятно, о каком конкретно из  вышеперечисленных боёв идет речь. Но понятно одно: именно 6-й мотопехотный полк (в советских источниках он называется иногда стрелковым) 7-й танковой дивизии 39-го армейского корпуса 3-й танковой группы армии «Центр»  захватил Сморгонь.

Командование Западного фронта об этом ещё ничего не знало, потому что в «Журнале боевых действий Западного фронта» на 43 странице за этот день сообщается: «О положении 50 сд. (стрелковой дивизии) данных не было, по расчету марша она должна была находиться в районе Сморгони». Там же  помещено следующее сообщение: «13-я армия. 50 сд. в 13.00. начала выдвижение из района Вилейки для занятия обороны на рубеже ДАНЮШЕВО, СМОРГОНЬ». Однако это было уже поздно…

Несмотря на захват, Сморгонь и Крево продолжают упоминаться в немецких документах. Приведем тексты этих упоминаний.

26 июня 1941 года

8.00. Перевод командного пункта оперативного управления 3-й танковой группы в Крево (юго-восточнее Ошмян). Крайне плохие условия для перевозок, однопутные, песчаные дороги в холмистой местности, на которых встречное движение просто невозможно. Тяжелые транспортные средства иногда доходят до пункта назначения через сутки». («Журнал боевых действий 3-й танковой группы армии «Центр»). Получается, что Крево превратилось на некоторое время в важное место, откуда командующий 3-й танковой группой Герман Гот вместе со своим штабом осуществлял руководство войсками, наступавшими на Минск, и которые завершали окружение советских войск в так называемом Новогрудском котле. Где конкретно располагался в Крево штаб 3-й танковой группы, не известно: немецкие источники по этому поводу хранят молчание.

18.00. В том же источнике появляется запись: «14-я моторизованная дивизия выдвигается из Вильнюса в направлении Сморгони, Вилейки и далее на северо-восток».

27 июня 1941  года

Этот же журнал в сообщении продолжает: «Части 14-й моторизованной дивизии примерно в 07.15 вышли к Сморгони». Когда эта дивизии вошла в Сморгонь, она получила новый приказ: «…из района Сморгони выйти на марш в направлении Логойска, Гайна (н. п. в 12 км северо-западнее Логойска)».

11.30. «Журнал боевых действий 57-го танкового корпуса» сообщает: «Начальник разведки на связном самолете вылетел на КП 39-го танкового корпуса с тем, чтобы доложить там о планах корпуса и представить различные документы по 20-й моторизованной дивизии, теперь подчиненной 57-му танковому корпусу. Одновременно передовая группа управления корпуса выслана в Сморгонь для проверки возможности организации там (нового) Командного пункта корпуса».

12.00. «По радио передан единый приказ, по которому все к этому времени подчиненные 12-й танковой дивизии, части группы армий остаются в этом подчинении. Части группы армий, подчиненные 18-й моторизованной дивизии, должны быть направлены в Ошмяны и оттуда направлены на Сморгонь. Артдивизион противовоздушной обороны I/29 получил от офицера связи приказ собрать дивизион и к вечеру 27 июня направиться в Сморгонь. Батареи ПВО, подчиненные 18-й моторизованной дивизии и 19-й танковой дивизии, собираются обратно в дивизион».

14.30. «Управление корпуса вместе с начальником артиллерии и саперного полка под охраной танковой роты 19 танковой дивизии передислоцируется на новый командный пункт в Сморгонь».

14.45. «Начальник разведки корпуса вернулся на связном самолете из 39-го танкового Корпуса. Из его доклада о положении 39-го танкового корпуса следует, что 20-я моторизованная дивизия в основном все еще находится в Вильно и пока не может быть направлена в назначенный ей район. В районе Сморгони нет своих войск, там лишь повсюду бродят большие и малые подразделения противника. В данных условиях нахождение командования корпуса под Сморгонью нецелесообразно, поэтому командующий решил КП не перебазировать и до времени оставить под Барановче. Маршевая группа штаба была немедленно остановлена и перенаправлена на прежнее место. Командующий отправился на связном самолете на командный пункт 3-й танковой группы, чтобы лично доложить о положении 20-й моторизованной дивизии и свое решение по отмене передислокации командного пункта. В своем докладе командующий [корпуса] подчеркнул, что в сложившихся обстоятельствах (19-й танковая дивизия ведет нелегкие оборонительные бои, а 20-й моторизованная дивизия в основном защищает Вильно) корпус придерживается своего взгляда на использование 19-й танковой дивизии. Командующий 3-й танковой группы одобрил решения, принятые командованием корпуса».

16.30. Фиксируется и следующее сообщение: «Командир 57-го танкового корпуса настоятельно просит о переводе штаба корпуса в Сморгонь».

20.30. Появляется запись приказа №6 по 3-й танковой группе, в котором говорилось: «20-я моторизованная дивизия переходит под непосредственное командование группы в готовности наступать в район Молодечно, Сморгони, Сол. Боеспособный передовой отряд должен уже 28.06. дойти до Сморгони».

29 июня 1941 года

12.30. «Штаб 57-го танкового корпуса докладывает, что решением командования 9-й Армии 161-й пехотной дивизии передается участок фронта до деревни Суботники, прежде входившей в зону ответственности 9-й армии. Штаб группы согласен с тем, чтобы 18-я моторизованная дивизия уже сегодня передала свой участок фронта 161-й пехотной дивизии и передислоцировались под Девенишки. C 30.06. части дивизии должны совершить марш через Вороново, Вильнюс в распоряжение 57-го танкового корпуса в район Сморгони, Михалишек».

16.00. сообщается об атаке на Крево: «Произошли две атаки с воздуха штурмовиков противника на командный пункт танковой группы, 1 убитый, 3 раненых». («Журнал боевых действий 3-й танковой группы армии «Центр»).

Командный пункт 3-й танковой группы после 29 июня был перемещён на новое место, потому что немцы стали продвигаться дальше на восток, а 18-я моторизованная дивизия перешла в наступление по направлению Глубокое - Полоцк. В Сморгонь не заходила, а прошла намного севернее, в районе населенного пункта Мядель. На этом сообщении исчезает всякое упоминание в июне 1941 года, как Сморгони, так и Крево в немецких военных источниках группы армии «Центр». Боевые действия на этом участке завершились. Начался 4-летний период оккупации.

Примечание. Документы штабов немецких соединений были взяты автором на сайте М. Солонина.



Автор: Павел КАРТАВИК, главный хранитель фондов Сморгонского историко-краеведческого музея.

Оставить комментарий
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений